v.i.o.shinigami
диавол
Автор: v.i.o.shinigami
Бета: сама себе бета на данный момент
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: м/м
Рейтинг: NC-17
Жанры: Юмор, POV, Романтика, Повседневность, Слэш (яой)
Предупреждения: Секс с использованием посторонних предметов, Изнасилование, Секс с несовершеннолетними
Размер: Макси
Кол-во частей: 30
Статус: закончен

Описание:
обычный японский старшеклассник, Ишикава Эйджи, однажды попадает в неприятности, из которых его вытаскивает главная гроза школы - прекрасный и опасный Хиираги Шима. мало того, так еще он - новый одноклассник Эйджи. ну как теперь в него не влюбиться?:З




Эйджи? А попа не слипнется?
* кстати, слабонервным, беременным и детям — брысь от экрана, тут серьезные вещи хD *

В комнате, которую освещала лишь луна, царила тишина, изредка нарушаемая тихими шорохами.
Темноволосый парень спокойно спал на кровати, разметавшись на светлой простыне, в то время как его увлеченно связывали. Эйджи осторожно свел его запястья, крепко заматывая их веревкой и усевшись на живот спящего.
— И-ишикава, ты чего?— прохрипел парень, скорчившись от боли.— слезь с меня.
— не хочу,— капризно ответил Эйджи, крепче затягивая узел.
— ты зачем меня связал?— парень подозрительно уставился на него.
— знаешь, Хиираги, мне надоело, что ты ничего не предпринимаешь! Я хочу тебя прямо сейчас!
— х-хочешь?— Шима покраснел.— но ведь..
Эйджи нетерпеливо стянул с него трусы, кинув их куда-то за кровать.
— вот поэтому, я тебя и связал,— тихо прошептал он на ухо Шиме.— ты просто не знаешь всего.
Он протянул руку, касаясь пальцем до губ Хиираги, провел дальше, к груди, и еще ниже, дойдя до тонкой дорожки еле заметных волосков, тянущихся к паху.
— тебе так не нравится?— обиженно спросил Эйджи, наклоняясь к его лицу.— а так?
Той же знакомой дорожкой прошелся горячий язык. Но он не остановился, спускаясь все ниже и ниже. С губ Шимы сорвался тихий стон, когда приятное тепло коснулось его члена.
— что ты.. делаешь?— прошептал срывающимся голосом парень, пытаясь высвободить руки.
— наконец-то ты отреагировал,— хмыкнул Эйджи, вбирая член Хиираги в свой рот.
Он методично обсасывал возбуждающуюся плоть, лаская рукой яички и с интересом глядя на реакцию парня.
— так не пойдет,— недовольно пробубнил Ишикава, оттягивая крайнюю плоть и аккуратно проведя пальцем по нижнему краю головки.— здесь приятно?
Парень взглянул на лицо Шимы и не сдержал удовлетворенной улыбки. Он лежал, крепко зажмурив глаза и кусая губы, сдерживая довольные вздохи.
Эйджи снова нагнулся к вставшему члену и провел по тому же месту языком. Бедра Хиираги дрогнули, призывая продолжить начатое, а его лицо покрыл румянец.
— я продолжу?— заданный вопрос остался без ответа, потому что вместо слов из горла Шимы вырывались только стоны.
Парень еле ощутимо провел языком по всей длине члена, пока его палец нежно обводил анус Хиираги. Тот метался по кровати от удовольствия, двигая тазом и молчаливо моля о большем. Эйджи резко сжал член губами, и из уретры медленно потекла полупрозрачная струйка. Он осторожно слизал ее, задевая уретру снова и снова, заставляя тяжелому дыханию Шимы все больше учащаться. Его член непроизвольно толкнулся ему в рот, преодолевая сопротивления сжавшихся губ.
— так хочется приблизить наслаждение?— шепотом поинтересовался Эйджи, касаясь пальцем чувствительной головки.— не хочешь немного растянуть удовольствие?
Он снова взял его в рот, на этот раз крепко сжимая основание рукой, чтобы не дать кончить Шиме. Но его связанные руки надавили на голову Эйджи, заставляя взять член как можно глубже, а бедра начали быстрые движения. Ишикава задвигал рукой, больше не препятствуя Шиме достигнуть оргазма. Теплая сперма брызнула ему в рот, и Эйджи закашлял, проглотив ее полностью.
— придурок,— прошипел он, все еще не уняв дрожащие руки.— меня чуть не стошнило.
— сам придурок,— огрызнулся в ответ Хиираги, отворачиваясь.— не мешал бы, я и так кончил.
Эйджи отодвинулся на край кровати и свесился с нее, отыскивая что-то на полу. Наконец прохладный баллончик попался ему в руку, и он с улыбкой показал его Шиме.
— вкусненькое,— протянул он, сняв крышку, выдавил немного сливок себе на руку и медленно слизал.— попробуешь?
— ну уж нет,— ответил парень, скривившись.
— открой рот,— с милой улыбкой приказал Эйджи, но его проигнорировали.— я сказал тебе открыть рот,— уже зло ухмыльнулся он, с силой открывая чужой рот и выдавливая в него сливки.
Шима поперхнулся, но чужие губы накрыли его, а язык Ишикавы стал не спеша вылизывать изнутри. Белая масса стекала с их губ на подбородки, но страстный поцелуй не прекращался, даже когда Хиираги начал задыхаться.
— ну как?
— отвратительно..— хрипло ответил Шима, но доказательство между ног говорило об обратном.
— хмм..— Эйджи привстал, спуская свои трусы, и сливки уже оказались на его члене.— а если так?
— ни за что,— категорично отказался Хиираги.
— значит, по-хорошему ты не хочешь?
Ишикава грубо схватил Шиму за волосы, притянув к своему животу.
— соси,— приказал он, но рот парня все равно не открылся. Звук от пощечины раздался в комнате, а голова Хиираги дернулась вбок.— соси,— повторил Эйджи, и на этот раз его приказ исполнили.
Липкая и мутная слюна покрыла его член, но он все равно заставлял Шиму раз за разом брать у него в рот. Когда он почувствовал приближение оргазма, то потянул его за волосы назад, кончая на лицо.
— так же вкуснее, разве нет?
— чертов идиот,— ругнулся Хиираги, вновь падая на спину.
Эйджи хмыкнул, начиная выдавливать сливки на грудь и живот Шимы.
— только не говори, что тебе не понравится..— предупредил он, склоняясь над испачканным телом.
С силой провел языком по соскам, и стоны вновь заполнили комнату. Затем по нежной коже вниз, к пупку, и обратно. Дразнить и распалять сильнее, до тех пор, пока он не будет просить об этом.
— Эйджи..
— мм, что, уже по имени?
— Эйджи?
— чего?
— а попа не слипнется?— серьезно спросил Шима.
Ишикава несколько секунд всматривался в темные глаза, а следом за этим уткнулся лбом в живот Хиираги, всхлипывая от смеха.
— да пошел ты,— сказал он сквозь слезы хохота и ушел в ванную, оставив связанного парня лежать на безнадежно испачканной простыне.

Сайто увлеченно набирал слова на клавиатуре, изредка поглядывая на монитор.
— вот так,— протянул он, отправляя документ по электронной почте своей подруге.— а теперь – в туалет! Больше не буду представлять себя ни на чьем месте,— пробормотал он, бесшумно проскальзывая мимо комнаты младшей сестры.
Вернувшись обратно за компьютер, он открыл ответ: «связывания уже были.. и сливки – это неоригинально.»
— да что она понимает,— задумчиво сказал парень.
И все же спасибо Такасуги, известившему их веселую компанию, с кем именно пропал Эйджи.



глава 11.

— о, Рю, ты именно тот, кто мне нужен!— чему-то обрадовался тренер Куниуми.
Точнее, кому-то. Такасуги приостановился посреди коридора. Не повезло ему жить с тренером в одном доме.
Тренер – это был мужчина средних лет, высокий и подтянутый, с добродушным лицом и огромными кулаками. Именно он тренировал бейсбольную команду, капитаном которой был Такасуги, и являлся учителем физ.подготовки.
— понимаешь, это дело у меня к тебе несет довольно личный характер,— тренер умоляюще улыбнулся.— но так как ты капитан команды, то я должен обратиться к тебе.
Рю молча слушал. Он не любил тратить время на простые слова, ему больше подходило это.
— понимаешь, мой племянник сирота недавно приехал сюда. Я пристроил его в нашу школу, и он решил выбрать бейсбольный клуб..
«вот в чем дело. Нужна нянька»— сделал вывод Такасуги, продолжая молчать.
— он не знает ничего о городе или нашем клубе. Не мог бы ты пару-тройку дней провести с ним?— Куниуми умоляюще взглянул в непроницаемые черные глаза.
— конечно,— согласился Рю.— я всегда помогаю новичкам.
— спасибо, Такасуги! Ты просто невероятно меня выручил,— тренер благодарно похлопал его по плечу.— я вас сегодня познакомлю.
И он умчался по направлению к школе.

На первом уроке не было ни Шимы, ни Ишикавы. Куда они пропали, Рю даже не представлял. Он, прихватив телефон и книгу, на перемене ушел на крышу, прогуливать оставшиеся уроки.
Набрав знакомый номер, Такасуги долго слушал скучные гудки.
— спит,— решил он, вновь перезванивая.
Спустя несколько минут трубку взяли, и сонный недовольный голос Шимы спросил:
— чего тебе?
— тебя сегодня в школе не будет? Ясно. Ты с Ишикавой? Сказать его друзьям? Хорошо, я зайду сегодня.
Этим ограничился разговор с лучшим другом.
До обеда Такасуги сидел и снова читал, надев на нос строгие новые очки в черной оправе. Он вообще не любил носить их, но зрение неумолимо падало из-за его любви к чтению, и врач предупредил, что если так и будет продолжаться, то лет через пять он ослепнет. Постоянно носить их Рю отказывался, но во время чтения все же одевал. Уж слишком сильно переживали его родители по этому поводу.
Что читал Рю? Все подряд. Он заходил в библиотеку и брал первую попавшуюся книгу. Не важно, что это было – роман, детектив, психология или учебник по физике. Он даже не запоминал, что он читал, ему просто нравился сам процесс. Нравилось тихое шуршание страниц, нравилось не спеша читать строчку за строчкой, получая странное удовлетворение. Такасуги проводил за чтением дни и ночи, отвлекаясь только на драки, клубные занятия, уроки и сон.
Когда школьный двор стали наполнять ученики, принося знакомый шум голосов, Рю отложил книгу в сторону. Откинувшись на стену, он, закрыв глаза, наслаждался прохладным ветром. Дождя сегодня не предвиделось – тучи расползлись, открыв яркое синее небо с теплым солнцем.
Знакомое расслабленно-ленивое состояние медленно перешло в дремоту.

Свежий ветерок и пригревающие лучи солнца, гул школьников внизу и.. еще что-то, непривычное. Сквозь сон Такасуги сначала не как не мог понять, что именно его насторожило.
Но кто-то теплый и мягкий вновь прикоснулся к его губам, и Рю резко распахнул глаза.
Перед ним сидел незнакомый ему парень, который, крепко зажмурившись, прижимался своими губами к Такасуги. Его красивое лицо покрывал румянец, а первая мысль Рю почему-то была о том, какие длинные у парня ресницы.
Незнакомец все так же продолжал сидеть, не торопясь отлипнуть от его губ, и явно наслаждался ситуацией. Даже когда Такасуги открыл рот, чтобы спросить, что происходит, этот нахал не отпрянул, как нужно было сделать, а, проведя по его губам языком, углубил поцелуй, вцепившись руками в рубашку на груди парня.
Рю, придя в себя, терпеливо отодрал незнакомца от своего рта. Тот с испугом смотрел на него большими зелеными глазами.
— это что было?— грозно спроси Такасуги, все еще держа парня за шкирку.
— я.. я.. я..— он опустил голову и длинные каштановые волосы скользнули на лицо.— я люблю вас, семпай!
— ты кто вообще?
— меня зовут Рен,— парень, улыбнувшись, протянул ему руку.
Руку проигнорировали.
— по имени?— удивился Рю, отпустив, наконец, Рена.
— моя фамилия не настоящая. Я не знаю, как на самом деле меня зовут. Только имя,— он засмеялся, оставшись сидеть на том же месте.
Такасуги хотел спросить, почему он весело улыбается, говоря такие странные вещи. Но он не любил задавать много вопросов. Утомительно и бесполезно. Люди могут соврать, им может быть неприятен вопрос, то, что ты спросишь, слишком личное.. вообщем, масса причин.
— тебе вообще, что надо?
— я же уже сказал, семпай, я тебя люблю!
— извини, но у нас ничего не получится,— хмыкнул Рю, отодвигаясь и беря книгу в руки.
— дай мне хотя бы шанс,— возмутился Рен.
«слишком много геев вокруг стало»— задумчиво решил Такасуги, взглянув на парня.
— я натурал. Ну, знаешь, мне нравятся милые девушки, короткие юбки и большие груди,— ровно ответил он, одевая очки.
— я это запомню, семпай,— Рен встал на ноги, сверху вниз поглядел на Рю.
— что еще?
— а тебе идут очки,— удивился парень, а затем улыбнулся.— ты не такой мрачный в них.
Рен ушел, пообещав еще вернуться и оставив Такасуги в глубокой задумчивости.
— очки?— пробормотал он, повертев в руках предмет.
Интересно, а что скажет Ишикава насчет них?

— ты чего тут забыл?— Рю смотрел на стоящего перед ним Рена.
Они как раз находились у класса 2-В, откуда медленно выходили ученики. Они косились на Такасуги и ждущего его парня.
— выбивает деньги из первогодки? Снова угрожает кому-то? Чего он пристал к бедному парню?— доносились шепотом предположения из толпы, но Рю так давно к ним привык, что уже не обращал внимания.
— тебя жду, что же еще,— Рен недовольно посмотрел в сторону шепчущихся учеников.— чего интересного?— громко спроси он.
Все, включая Рю, вздрогнули.
— ты меня защищать будешь еще?— улыбнулся он, потрепав Рена по голове.
— ради твоей улыбки, семпай, я вообще что угодно сделаю,— прошептал тот, покраснев и отвернувшись. Но его все равно не расслышали.
— так зачем ты меня ждал?— Такасуги, закинув сумку на плечо, направился к лестнице.
— так дядя тебе не сказал?
— что?— Рю непонимающе обернулся, но мозаика в его голове начала медно складываться.
— я Куниуми Рен, теперь твой кохай и новый член бейсбольного клуба. Пожалуйста, позаботься обо мне,— парень мило улыбнулся, сложив ладони вместе.
А Такасуги показалось, что теперь в его жизни будет одной проблемой больше.

— вот там внешнее поле, там внутреннее. А в том кружке подающий,— лениво рассказывал Рю новичку, указывая пальцем на расчерченное линиями поле.
Рен же всем своим видом показывал, что ничего из слов семпая его не интересовало. Он увлеченно разглядывал все вокруг. Все, кроме расчерченного поля.
— ты же сам знаешь правила, так?— устало спросил Такасуги.
— конечно, мы с бабушкой часто смотрели бейсбол по телеку,— Рен беззаботно пожал плечами, вновь улыбаясь.
— тогда почему тренер попросил меня тебе все объяснить?
— а разве ты согласился бы присматривать за мной, если бы он не сказал про этот чертов бейсбол?
Тут парень был прав. Рю ни за что не стал бы бегать с ним, если бы этого не требовали дела клуба.
— а теперь ты никуда не денешься,— разулыбался Рен, радостно поглядывая на Такасуги.
Тот ничего не ответил, молча разворачиваясь и идя вперед. Его кохай последовал за ним.
— чего ты злишься?— спросил Рен, заглядывая Рю в лицо.
«сложно догадаться?»— мелькнуло в голове, но ответ прозвучал иначе.
— я не злюсь. Я всегда такой.
— не-ет, сейчас ты злишься, уж я то вижу. Неужели так не хочется возиться со мной?— расстроился парень, поникнув плечами.— я больше никого не знаю в этом городе.
— ладно, если будешь молчать, то таскайся за мной, сколько влезет,— нахмурился Рю.
— спасибо, семпай!— Рен зацепился за его руку, повиснув на ней и счастливо смеясь.— ты всегда был таким добрым!
— всегда?— не понял Такасуги, поворачиваясь и испытующе посмотрев в зеленые глаза.
— ой, то есть.. ты просто добрый,— неуверенно промямлил Рен, отпустив руку семпая.
— так мы раньше встречались?— проигнорировав его слова, вновь спросил Рю.
— Рю.. такой дурак! Он ничего не помнит обо мне!— после недолгого молчания неожиданно всхлипнул парень, прикрыв лицо рукавом.— он обещал присматривать за мной, всегда.. всегда был на моей стороне. А сейчас, Рю забыл меня..
Рен заревел, размазывая по лицу слезы и шмыгая носом. Сейчас он казался таким хрупким и беззащитным, что Такасуги не смог сдержаться. Он позволил ему уткнуться лицом себе в плечо, осторожно поглаживая мягкие каштановые волосы.
— а я.. полюбил Рю..— приглушенно сказал Куниуми.
Такасуги вспомнил его. Они познакомились летом, во время каникул в средней школе. Просто к соседям приехал погостить племянник – мелкий плакса, именно таким его запомнил Рю. Пусть разница в возрасте была мала, но тогда Такасуги чувствовал себя уже таким взрослым, перейдя во второй класс. Он защищал того мальчишку от дворовых хулиганов, но сам заставлял его прислуживать ему. А Рен все улыбался ему, бегая за ним, словно маленькая преданная собачка.
Когда пришло время прощаться, то мальчишка постоянно ревел, и Рю, чтобы успокоить его, наговорил тогда много всяких глупостей. Кто мог подумать, что он запомнит их?
— прости.
— ты, наверное, думаешь, что это не любовь, а простая детская привязанность?— предположил Рен. Плакать он перестал, а вот отлипать от Рю не собирался.
Такасуги согласно кивнул. Вообще-то, так он и подумал.
— но нет, я правда тебя люблю! Честно-честно! Я даже когда делаю это, тебя представляю,— разгорячено убеждал его парень.
— «это» — это что?— но вопрос не приняли во внимание.
— я не отступлюсь!— пообещал Рен, и его обещание прозвучало как угроза.— я завоюю твое сердце, семпай!
— не получится,— Рю равнодушно посмотрел в красивое лицо парня.
Он ничего не чувствовал к нему. Никаких «тудум» и «бум», как в седзе манге. Никаких сердечек в глазах или смущенного румянца. Одно безразличие.

— семпай, мы по городу уже три часа шатаемся. Причем молча! Это даже на романтическую прогулку не тянет,— жаловался Рен, еле волоча ноги.— я устал, я хочу есть. Смотри какое милое кафе. Давай зайдем? Ну, пожалуйста, семпай..
Рю подозрительно оглядел то самое заведение. Сквозь стекла было видно раздражающее розовое оформление и маленьких амурчиков, виснувших под потолком.
— это кафе для парочек. Пойдем дальше, там есть раменная.
— семпай, ты совсем не романтичный! Я хочу в это кафе, и я ненавижу рамен,— Рен надулся.
— хватит придуриваться,— одернул его Такасуги.— и тогда я свожу тебя в это кафе.
— хорошо,— согласился парень, нацепив на лицо маску серьезности, граничившей с трагичностью.
Перед тем как войти внутрь, Рю огляделся. Не дай бог, кто-нибудь из знакомых или знакомых знакомых, увидят его. К счастью, вокруг не было ни души.
Уселись они за самый дальний столик, как раз под огромным плюшевым сердцем.
— как мило, семпай,— с каменным выражением лица проговорил Рен, хотя в глазах его играли смешинки.
— ч-что будете заказывать?— неуверенно спросила девушка-официантка, прижав к себе блокнот и во все глаза рассматривая эту странную парочку.
Рю заглянул в меню и тяжело вздохнул: из всего предложенного там – одна треть это сладости, остальное напитки.
— мне вот это пирожное, ванильное мороженное и коктейль,— воодушевленно продиктовал Рен.
— а вам?— девушка с испугом повернулась к Такасуги.
— давайте шоколад и чай.
Влюбленные, сидящие за соседними столиками, постоянно оглядывались на них, перешептываясь. И Рю подумал, что никогда не чувствовал себя еще более паршиво.

— вкууусно,— довольно протянул Рен, потягивая остатки молочного коктейля.— ты там на что уставился, семпай?
Такасуги пристально смотрел в окно, наблюдая за тем, как какая-то уличная шпана обступила проходящего мимо парня. Это напомнило ему тот первый день учебного года, когда Ишикаву тоже окружили хулиганы из школы. Тогда Шима понесся его спасать сломя голову. Но сейчас есть тот, кто спасет этого парнишку?
— семпай, вы задумались,— Рен снова его позвал, но Рю никак не отреагировал.
Он так и сидел, не донеся кусок шоколада до рта, и следя за происходящим на улице.— семпай!— парень пнул его ногой под столом.
— чего?
— все растаяло,— пальчик указал на зависшую в воздухе руку с потекшим шоколадом.
— а, точно,— Рю растерянно осмотрелся.— где тут салфетки?
— я помогу.
Не успел ничего сделать Такасуги, как ладонь Рена перехватила его руку, а чужой язык быстро слизал весь шоколад.
— так-то лучше,— удовлетворенно улыбнулся парень, облизнув губы и не обращая внимания на воцарившую в кафе тишину.

— т-ты злишься?— испуганно спросил Рен, следуя за мрачным Такасуги.
— нет,— рыкнул он.
«с..с..страшно!»— Куниуми замолчал, продолжая сверлить спину Рю полным раскаяния и сожаления взглядом.



глава 12.
* м, немного совращения :З *

Определенно, что-то изменилось. Только что?
Я пристально смотрел на Такасуги, сидящего напротив. Что же это?
Шима ревниво поглядывал на меня, недовольный таким раскладом. Тот парень, пришедший с Рю, тоже бросал на меня не самые дружелюбные взгляды. Только один Такасуги флегматично отпивал из чашки, полностью погруженный в речь диктора на экране телевизора.
Что-то неуловимо поменялось в Рю. Отчего он казался.. ну не знаю, симпатичнее, что ли.
Хиираги, не выдержав, прижал меня к себе, ткнувшись носом в мои волосы.
— чего ты на него пялишься?— шепотом спросил он, губами чуть касаясь моего уха.
Рен, глядя на нас, завистливо вздохнул, и тоже хотел ближе придвинуться к Такасуги. Но тот нервно дернулся в сторону, даже не отрывая взгляд от экрана.
— что-то с ним не так,— задумчиво пробормотал я, перехватывая поползшую ниже живота руку Шимы.
— разве?— синие глаза изучающе посмотрели на Рю.
Я соотнес в памяти его образ перед церемонией открытия и его теперешний. И поменялось только то, что с Рю в прошлый раз был мрачный Хиираги, а теперь какой-то жизнерадостный парень, проявляющий к нему явный интерес. Хм.. И все же еще что-то. Не такое заметное.
Я усиленно чесал голову, застревая пальцами в спутанный и еще больше отросших волосах. Эх, пора в парикмахерскую, а то обрасту как йети.
Точно, волосы! Теперь до меня дошло, что ничего особенного в Такасуги не изменилось, просто его волосы немного отрасли. Они теперь не были тем ежиком, как пару месяцев назад, а уже касались ушей и спускались на лоб.
— его прическа,— просветил я Шиму, победно указав на голову Рю.
— подумаешь, отрасли немного,— фыркнул Хиираги, пытаясь убрать мои волосы, лезшие ему в лицо.— а вот когда ты стричься пойдешь?
— захочу и не пойду,— из вредности сказал я, показывая ему язык. Но так как я сидел к нему спиной, то он, этого, конечно же, не увидел.— Такасуги, а может тебе имидж сменить?— предложил я.
Парень обернулся ко мне, пару секунд просто глядел, а потом пожал плечами.
— мне все равно,— отозвался он и снова повернулся к телевизору.
После той провальной идеи с розовым брелком Такасуги вообще отказался от моей помощи в изменении впечатления о нем у окружающих. Поэтому то, что сейчас он так легко согласился с моей идеей, было неожиданным.
— Хиираги, Ишикава, а как вы начали встречаться?— влез в разговор Рен, задав видимо очень интересующий его вопрос.
— это был несчастный случай,— быстро выпалил Шима.
— этот извращенец меня домогался,— перебивая его, заявил я.
— как романтично,— вздохнул Рен, мысленно летая в своих облаках.
И вот смысл было спрашивать, раз ответ не слушаешь?
— а вот мы с семпаем..— продолжить парню не дали.
— никаких «мы»,— тихо и жестко предупредили его, вгоняя в тихий ужас. Рю поднялся на ноги, подхватывая валявшуюся неподалеку сумку.— пошли, я отведу тебя домой.
Рен беспрекословно подчинился, печально оглядывая Такасуги.

— интересно, а что между ними происходит,— протянул я, буравя взглядом потолок.
— мне больше интересно, что происходит между нами,— прошептал Хиираги, привлекая меня к себе и нежно целуя в шею.
Я повернул голову, посмотрев на него. Он сидел прислонившись к кровати и, закрыв глаза, обнимал меня, глубоко вдыхая запах моих волос. По телу прошлась непонятная дрожь от одного этого вида. Словно он не просто прижимал меня к себе, а делал что-то интимное, отчего мурашки бежали по коже.
Я потянулся к его губам, неуверенно касаясь их. Ресницы сомкнулись сами собой, и я уже не мог увидеть, как приоткрылись синие глаза, с невероятной нежностью посмотрев на меня. А если бы увидел, то, наверное, сошел с ума от радости. Мягкие и теплые губы приоткрылись, пропуская мой язык внутрь. Это было необычно – целовать его самому, ведь всегда инициативу брал на себя Шима. Я прошелся языком по ряду зубов и дотронулся до его языка. Но Хиираги никак не отреагировал на это, оставаясь сидеть в бездействии. Я в панике убрал язык, прихватывая его нижнюю губу своими, но снова ничего не произошло. Даже когда я начал оттягивать ее, посасывая, Шима продолжал всего лишь смотреть на меня из-под опущенных ресниц.
— злюка,— невнятно пробубнил я, кусая его несчастную нижнюю губу.
Чужие губы дернулись в улыбке.
Я высунул кончик языка, чертя влажную дорожку по щеке к уху, и, дойдя до него, осторожно прикусил чувствительную мочку. Рука Шимы на моей спине дернулась, а он сам глубоко вздохнул. Продолжая щекотать его влажным дыханием и получая от этого не меньшее удовольствие, я обвел языком ушную раковину.
Хиираги уже тяжело дышал, проникнув руками под мою футболку и чуть поглаживая спину. Сидя между его раздвинутых ног и получая невесомые ласки, я неожиданно и точно кое-что понял. Я его никогда не оставлю здесь одного.
Я задействовал смелее, стянув с Шимы домашнюю рубашку чуть дрожащими руками и вновь возвращаясь к его губам. Пока я облизывал и покусывал их, мои руки исследовали его тело. Ровная грудь с твердыми сосками, плоский живот, гладкие бока.. я водил по этому всему своими горячими ладонями, а Хиираги еле заметно вздрагивал, стоило мне коснуться чувствительных мест. Когда мои пальцы обхватили его сосок и чуть потянули, он, что-то простонав мне в губы, повалил меня на пол, глубоко целуя. Задрав мою футболку до шеи, он жадно начал покрывать меня поцелуями, оставляя влажные следы и краснеющие засосы на светлой коже.
Меня уносило на волнах наслаждения, и я только что и мог тихо постанывать, заплетаясь пальцами в черноту волос и чувствовать жар его тела. Его действия приносили легкое головокружение, и я даже не сразу понял, что за сладостно-мучительное чувство разгорелось внизу живота. Невыносимое, которое не шло ни в какое сравнение с предыдущими, которое хотелось то ли продлить, то ли затушить скорее.
Я распахнул глаза, когда руки Шимы исчезли с моего тела. Он стоял на коленях надо мной, в одних сползших штанах, с возбужденным румянцем, встрепанными волосами и блестящими темными, почти черными, глазами. Хиираги практически пробовал меня взглядом на вкус, хотя прекрасно знал какого это. Его алчный взгляд словно хотел меня всего, без остатка, до последнего вздоха.
А я и так уже был полностью в его власти.

Наши влажные и горячие тела прижимались друг к другу, губы встречались в поцелуях, рванных и страстных.
Я плохо понимал что творится за пределами нашего маленького мира. Ни я, ни Шима не осознавали, что у него надрывается мелодией телефон, что соседи снизу стучат по потолку и просят заниматься этим потише, что звуки моего голоса уносит в открытое окно.
Только я и он.
Облизанные Шимой пальцы скользнули вниз, между нами, и коснулись испуганно сжавшейся дырочки. Хотя было приятно. Настолько, что если бы не вторая рука Хиираги, сдерживающая меня, то я бы уже кончил. Да он и сам был на пределе, трясясь от возбуждения и быстро проникая сразу двумя пальцами в проход.
Было больно. Я зашипел, чувствуя, как к глазам подкатывают слезы.
Но Шима не останавливался, двигая пальцами внутри меня и наблюдая за моим лицом. От этого развратного и зверского взгляда проходила крупная дрожь, заставляющая еще больше выгибаться навстречу ему.
— больше не могу,— прошипел Хиираги, меняя пальцы на свой сочащийся смазкой член.
— еще н-нет,— прохныкал я.
Мне казалось, что он просто не войдет в меня, не поместится внутри. В анус с трудом вошла головка, и от резкой боли по щекам потекли слезы. Шима закусил губу, со стоном входя дальше, раздвигая мои судорожно сжавшиеся ноги и успокаивающе погладив внутреннюю сторону бедра. Боль не прошла, и даже не уменьшилась. Она смешалась с неожиданно сильным наслаждением, когда член вошел еще глубже.
Ритмичные быстрые движения сводили с ума. Я метался по кровати, не сдерживая криков и громких стонов.
Под диким взглядом синих глаз я тонул в своем удовольствии.




глава 13.
* серьезная глава :О *


Проснуться в теплых руках Шимы было самым классным за этот день. Я долго лежал, глядя в его довольное спящее лицо. Мысли о том, что мы натворили вчера не уходили, но и не особо сильно напрягали. Мне понравилось, ему – тоже, тогда о чем жалеть?
К тому же я.. люблю Шиму.
Парень рядом завертелся, и, приоткрыв один глаз, сонно обозрел меня.
— доброе утро,— улыбнулся он, потянувшись за поцелуем и вдруг что-то твердое уперлось мне в бедро.
Мы с Хиираги так и лежали, глядя друг на друга и заливаясь краской, не силах ничего произнести. У него.. стоит?
Я с ужасом, вперемешку с восхищением, посмотрел на Шиму, вскакивая с кровати и корчась от боли в пояснице и копчике:
— ты тут сам себе помогай, у меня и так жопа болит!— истерично выкрикнул я, убегая в ванную.
— так я же.. ничего и не сказал.. еще,— растерялся Хиираги, приподнявшись на локтях и печально посмотрев на захлопнувшуюся за мной дверь.
— крикни, когда закончишь,— попросил я, включая воду.
С водой тут была вообще отдельная история. Из старого крана текла маленькая струйка жидкости, и, чтобы наполнить ванну, например, необходимо было подождать часа два. Но это еще не все! Сюрпризом так же являлось то, какой температуры и какого цвета она польется. И если вчера из крана вытекал ржавый кипяток, то сейчас мутная ледяная вода, которой и умываться было страшно. Вдруг ослепнешь или облысеешь? Кто ее знает?
Сделав над собой усилие, я все же сполоснулся полностью. Если облысею на теле, то не особо страшно. Везде буду гладким. *мне о таком только мечтать :D*
Через несколько минут в дверь скромно постучали. Шима, завернутый в простыню, с обиженным взглядом и красным лицом заперся в ванной и подозрительно долго оттуда не выходил.

Хиираги, вымытый и почти что сверкающий, важно прошелся к столу, где сидел я и пил кофе. Присев рядом, он обхватил меня одной рукой за талию, а другой потянулся за телефоном.
— сколько пропущенных звонков,— удивился он, копаясь в мобильнике. Неожиданно он сжал его сильнее, и зло швырнул в сторону.
— кто это был?— поинтересовался я, но взбешенный Шима меня проигнорировал.
Он снова встал на ноги, расхаживая по комнате и нервно вздрагивая.
— вот черт!— прошипел он, доставая сигареты и отходя к окну, за которым вновь шел ливень.
Я молча сидел, напугано следя за Хиираги. Почему он ничего не говорит мне? Кто звонил ему так много раз? Что могло произойти?

Не прошло и часа, как в дверь кто-то забарабанил (звонок у Шимы вообще отсутствовал). Сильные удары об дерево заставили меня вздрогнуть.
— сиди тут и не высовывайся,— приказал Хиираги, выходя из комнаты.
Я замер, но от волнения глухо билось сердце, и его стук отдавался в висках.
Послышался щелчок замка, и Шимин недовольный голос:
— чего тебе надо?
— я волновался? Куда ты пропал? Почему не берешь трубку?— говорил явно взрослый мужчина, и по его голосу точно нельзя было сказать, что он волновался. Скорее он был зол.
Я воспользовался ситуацией, и пока Шима не видит, взял его телефон. Найдя пропущенные звонки, я тупо уставился на имя звонившего. «Отец».
— я могу задать тебе тот же вопрос,— зло шипел Хиираги, но в звуке его голоса проскальзывала затаенная обида.— куда ты пропал на три месяца?
— я не хочу говорить об этом здесь,— сказал мужчина.— дай мне пройти.
— никуда ты не пройдешь.
— Шима, что за ерунда? Дай я зайду, и мы все спокойно обсудим.
— нет,— с вызовом бросил парень.
Звонкий звук пощечины раздался по квартире, заставив меня подскочить на ноги. Но высунуться в коридор я не решился, помня, что сказал мне Хиираги. Послышались приближающиеся тяжелые шаги, и высокий мужчина вошел в комнату.
— какое жалкое грязное место. Зачем ты вообще остался здесь? Из-за памяти о той несчастной женщине, твоей матери?— спросил он, и замолк, когда взгляд черных глаз остановился на мне.— это еще кто? Твой дружок? Очередной отброс общества?— мужчина скривился, осматривая меня с презрением.
— не смей так говорить о нем!— Шима с силой дернул за рукав дорогой рубашки, поворачивая его к себе лицом.
Они были очень похожи, те же черные волосы, темные глаза, примерно один и тот же рост, одинаковое телосложение. И характеры тоже были похожи.
— переживаешь за него? А, может он такой же как и ты?— мужчина скривился, обозревая нас.— прячетесь в вонючей норе от общества? Стыдно на глаза людям показываться?
— заткнись!— заорал Хиираги, взбешенно глядя на отца.— да что ты знаешь об этом?
— что знаю? Я рад, что я не на твоем месте, сынок,— с издевкой протянул он.— я не жалкое отродье вроде тебя. Мне очень жаль, что мой сын стал таким человеком. Мне жаль, что мой сын – ты.
Наступила гробовая тишина, за время которой я успел представить множество развитий дальнейших действий. От слез Шимы до избиения им отца.
— убирайся,— тихо и четко сказал Хиираги, холодно глядя в глаза своему отцу.— и никогда больше не вспоминай, что у тебя есть сын, понял?
Мужчина раздраженно снова оглядел Шиму, меня и комнату. Глубоко вздохнул, сдерживая злость, и безмолвно прошел к выходу.
Даже после его ухода ничего не изменилось. Хиираги все так же стоял на том же месте, с покрасневшей от удара щекой, и от злости сжимал кулаки.
Почему-то я почувствовал себя лишним сейчас в этой комнате. Сделав пару неуверенных шагов, и не заметив никакой реакции парня, я вышел в узкий коридор и уже открыл дверь в открытый проход-балкон, как сзади меня остановили теплые руки, обнявшие за пояс. Лицо Шимы зарылось в мои волосы, и послышались негромкие слова:
— не уходи никуда, пожалуйста.
Я так и остался стоять, глядя на серое небо и крупные капли дождя.
Не знаю, какие именно чувства он сейчас переживал, но я чувствовал, что мы стали объединены с ним одной общей проблемой. Непониманием. Непониманием со стороны родителей, людей самых близких и родных.
— здесь умерла моя мать,— неожиданно произнес Шима.— на моих глазах, она.. повесилась.
Я вздрогнул, сжав в своей ладони руку Хиираги.
Она покончила жизнь самоубийством? На глазах своего ребенка? Как такое вообще возможно?
— мне было всего одиннадцать,— продолжил между тем Шима. Я понимал, что ему больно об этом говорить, но не мог его остановить. Моя собственная потребность узнать о нем такую важную вещь не давала раскрыть рот. Мой собственный эгоизм.— я ничего не смог сделать. Отца не было с нами, но мать не могла отпустить его. Она говорила, что ей тяжело, обвиняла меня в том, что он ушел из-за меня, она плакала каждый день, она злилась, она вымещала злобу на мне. И все равно я любил ее, я переживал за нее, я терпел все ее срывы,— он замолчал ненадолго, а я сглотнул образовавшийся в горле ком.— в тот день ее уволили с работы. Она позвонила отцу, а он сказал: «я не могу ничем тебе помочь». Тогда я не сразу понял, зачем она приделывает в ванной эту веревку. Я помню тот момент до сих пор, когда она надела на шею петлю, ласково мне улыбнулась, хотя ее глаза уже были мертвыми, и соскользнула с края ванны. Лучше бы я забыл тот день.
Он уперся лбом мне в плечо, сжав руки сильнее. А я понял, что по моим щекам бегут горячие слезы.
— я не знал, что мне делать. О ее смерти отец узнал в последнюю очередь. Он даже не пришел на ее похороны,— Шима горько улыбнулся в складки моей одежды.— я переехал к нему, и уже через месяц убедился, какое он на самом деле дерьмо, а не человек.
— я.. мне жаль,— я всхлипнул, закрывая покрасневшие глаза рукой.— ты рассказал мне такую страшную вещь. Что я теперь должен сказать?
— ты можешь ничего не говорить,— прошептал Хиираги, поднимая синие глаза к небу.— просто побудь со мной еще немного.
— хорошо.

— ты куда?— спросил я, когда Шима уже надевал кроссовки.
— пойду до магазина дойду,— он подошел ко мне, ласково погладив по щеке.— скоро вернусь.
Я кивнул, попутно взглянув на часы. Было уже около десяти, на улице уже стемнело, и все еще шел дождь. Хиираги, прихватив зонт, вышел из квартиры.
После сегодняшнего разговора с ним, я чувствовал какую-то неловкость. Словно часть вины его отца и матери легла и на мои плечи. Я никогда бы не подумал, что ему на самом деле так тяжело. Предательство родителей, смерть и ненависть. Как он вынес все это в одиночку?
Я, погруженный в свои мысли, раздумья над словами Шимы и действиями его отца, не заметил, как пролетело время. Хиираги не было довольно долго, и я заволновался.
Что сегодня за день такой?
Быстро переодевшись и обувшись, я вылетел из квартиры. Хорошо, что Шима ключ дома оставил.
У меня было жуткое предчувствие, словно что-то случится. Или уже случилось.
Магазин на всю местность был один, это я знал точно, и уверенность в том, что Хиираги пошел туда, была стопроцентная.
Я шел по пустой сырой улице, освещенной всего двумя фонарями в разных концах. С одной стороны шел длинный бетонный забор, отгораживающий меня от той самой пустоши, с другой – старые заброшенные здания. Странно даже, что тут еще ничего не построили.
Впереди я заметил небольшую компанию, которая особого доверия не вызывала. «вот черт»— мелькнуло у меня в голове, и я шарахнулся к ближайшему дому, спрятавшись за углом и с опаской выглядывая из-за него. Они явно с кем-то ругались. Мое предчувствие обострилось до предела.
— получил, Хиираги?— услышал я чей-то знакомый голос.
Шима?!
Звуки борьбы разлетались по улице, и я, сам того не осознавая, выскочил из своего прикрытия, побежав в сторону компании.
— какого.. вы тут делаете?— заорал я, и компания обернулась.
— знакомые все лица,— неприятно ухмыльнулся глава группировки.— привет, пацан.
Это была та самая банда, от которой меня тогда спас Шима.
— я полицию вызвал, убирайтесь отсюда,— заявил я, высматривая в толпе знакомое лицо.
Хиираги держали двое бугаев, не давая вырваться. Еще двое методично высыпали на него удары, даже не обратив на мое приближение внимания. А остальные трое радушно мне улыбались, разминая кулаки.
— полицию? Парень, ты шибкий, но как ты думаешь, что произойдет быстрее: они приедут, или мы изобьем вас?
Я сглотнул, отступив на шаг. Шима поднял лицо, посмотрев на меня испуганно-зло.
Ответ напрашивался сам собой.

* ээх, сегодня на штучку наткнулась :DD
типа Шима — sketch.odopod.com/sketches/408304/edit
типа Оки — sketch.odopod.com/sketches/408473/edit
что-то отдаленно напоминающее Эйджи (очень издалека)— sketch.odopod.com/sketches/408510/edit
остальные не получились :О

ну и еще :З
мой первый рисунок *ржет* — sketch.odopod.com/sketches/408269/edit
просто кто-то — sketch.odopod.com/sketches/408289/edit
еще кто-то — sketch.odopod.com/sketches/408488/edit

вот :ЗЗ *



глава 14.
* неожиданно раскрываются другие стороны Эйджи *


Я не могу убежать. И остаться здесь тоже не вариант. Хиираги избит, а я уже пару лет ни с кем не дрался.
Что делать?
Я глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Получилось плохо. Вернее, почти не получилось.
Я, Ишикава Эйджи, никогда не мог быть обычным школьником, всегда притягивая неудачи и неприятности. Но на этот год у меня были планы. О да, я хотел стать обычным школьником, но мне снова не повезло. Вот вечно так.
С самой средней школы ко мне приставало разное хулиганье. И, конечно же, мне приходилось защищать себя. Я не любил драки, я не мог терпеть боль, я рыдал, стоило мне увидеть кровь. Но надо было защищать себя. Невольно приходилось становиться сильнее, и сколько бы я не пытался жить обычной жизнью, я не мог искоренить из себя навыки уличных драк. Я не мог забыть тот страх и адреналин, ударявший в голову и заставляющий драться. Я был мелким? И что? В этом возрасте и закладывается все необходимое.
Драться я умел, хоть по мне и не скажешь. Как не скажешь по Рю, что он носит дома розовые тапочки с зайчиками. Как не скажешь по Шиме, что он видел смерть собственной матери и живет без отца.
Да, я умел. И ужасно это ненавидел. Ненавидел то, что тело не может забыть, как бить других, как нужно правильно защищаться.
— парень, ты поплачь, если хочешь,— ухмыльнулся главарь.
— отпустите Хиираги,— дрожащим голосом попросил я.
Мне действительно было страшно, но рефлексы и чувства – дело разное.
— его? Этот твой дружок доставил много неприятностей нам. И это удача – поймать его одного. Ведь без Рю, он — настоящий слабак.
Я не выдержал. Бросился вперед, прямо на главаря. Никто этого не ожидал, впрочем, как и я сам.
Как я смог повалить его на землю, я не понял, но мои ладони сами сжались в кулаки, начиная со всей силой бить ему по лицу. После удара в нос послышался хруст, а кулак обожгло болью. Но я не останавливался, пока остальные не опомнились.
— босс! Он же так его искалечит!— меня вздернули за шкирку, откидывая в сторону.
Или пытаясь откинуть. Я вцепился в руку, держащую меня, и дернул вниз и вбок, ломая кость.
Бешенное сердцебиение отдавалось эхом в голове. Но мысль о том, что если я испугаюсь и разревусь, они доведут нас до больницы (причем не в том смысле), не давала расслабиться. Ведь я что-то могу, на что-то способен, раз из-за меня на земле крючатся уже двое.
— вот урод!— прокричал другой, набрасываясь на меня.
А вот второй кинулся бесшумно, с другой стороны. Быстро увернувшись в сторону (спасибо Кину за хорошую реакцию), я со всей дури дал первому по коленке, заставив его ногу подогнуться, а другого умудрился ударить в живот, уже после того, как получил несколько чувствительных ударов в лицо и грудь. Как у меня это вообще вышло, я сам не осознал. Чертовые полезные навыки.
Хиираги там тоже не прохлаждался. Дав одному зазевавшемуся ногой по яйцам, он уже дрался с теми бугаями. Но это все, что я смог разглядеть. Пока те, которых я победил, не поднялись снова, я начал быстро и с силой пинать их по довольно чувствительным местам. По лицу, в грудь или живот, или, как Шима, по яйцам.
Хулиганы, если их теперь можно так назвать, скулили от боли на земле, и только позади еще слышались глухие удары.
Я обернулся, обозревая поваленных на землю людей. Шима стоял, немного пошатываясь, опустив голову и руки, и тяжело дыша.
— ты как?— забеспокоился я.
Не успел я подойти к нему, как он покачнулся и упал на асфальт.

Я сидел на мокрой дороге, положив голову бесчувственного Шимы к себе на колени, и ревел. Слезы ручьями катились по щекам, не желая останавливаться. И пусть я понимал, как жалко выгляжу, но среди кучи побитых хулиганов было можно.
На разбитых губах Хиираги густела бардовая кровь, тяжелыми каплями скатываясь на подбородок и шею. Тонкая красная дорожка тянулась из носа, застывая на щеке. Ярко-алые струйки изрисовали собой его бледное лицо, беря начало на висках и где-то в темных мокрых от дождя волосах.
Я видел кровь на своих избитых костяшках пальцев.
Я знал, что кровь растекается под избитыми парнями. В особенности из сломанного носа главаря.
Я видел этот красный цвет, и уже не мог остановиться. Прижимая к себе избитого Шиму, чувствуя собственную боль, я громко всхлипывал, растирая еще больше и без того покрасневшие глаза. Но вокруг не было никого, кто мог бы пожалеть меня, успокоить и помочь. Как давно я чувствовал такую безысходность? Когда я последний раз задыхался от слез, как сейчас?
Хиираги в себя не приходил, и я продолжал биться в усиливающейся истерике. Он так долго без сознания.. а если что-то серьезное? Что мне нужно сделать?
Я залез в карман Шимы, доставая оттуда телефон. Хотел набрать номер скорой, но пальцы судорожно листали список контактов.
— Та.. Такасуги, тут.. мы, я.. Шима..— слова обрывались, я глотал их вместе со слезами, они превращались в надрывающийся кашель. На том конце что-то обеспокоенно спрашивал Рю, но я не разбирал слов.— здесь забор и дома.. ма-магазин..— пробормотал я, но в трубке уже была тишина.
Страшно. Я приподнял дрожащей рукой испачканную грязью кофту Шимы, осматривая следы от ударов, которыми было покрыто все тело. Он даже дышал еле слышно, или мне это всего лишь казалось из-за заложенных ушей.
Сзади кто-то зашевелился, ноя от боли. Обернувшись, я увидел стоящего на коленях парня, бережно держащего свою правую руку и со страхом оглядывающегося. Заметив меня, мой взгляд, хулиган подскочил на ноги, как будто не зная, что ему делать – бежать, или ударить меня.
— а сейчас начнется самое интересное.. с Такасуги,— неожиданно злобно прорычал я.
От злости, неожиданно накрывшей меня, разом высохли слезы, и пропал идиотский ком из горла, только вот трясти меня продолжало.
Парень попятился, смотря на меня с боязнью. А когда он хотел развернуться и убежать, то запнулся за валяющегося посреди дороги главаря, упав прямо на него. По улице раздался крик. При приземлении хулиган неудачно подставил сломанную руку, наверное, сработали рефлексы, и теперь корчился на земле от боли.
Я несколько секунд смотрел за тем, как он переворачивается со спины на бок, и громко стонет. Почему-то не было уже ни жалости, ни мучающей совести, ни сил на то, что бы продолжить реветь или даже злиться. Некая апатия накрыла меня, лишив эмоций, и оставив только где-то в глубине страх.
Мне казалось, что сейчас не я сижу посреди темной дороги, в бледном свете луны и фонарей, держу на коленях своего, избитого до потери сознания, парня. Все было совсем не правильно. Так, как я никогда не хотел. И так, как мне вечно приходится делать.
Я почувствовал, как холодная ладонь скользит по моей руке. Опустив взгляд, я заметил слабую улыбку Шимы, я встретился с ним глазами и чувства вновь нахлынули на меня чувства. Эти синие глаза смотрели с волнением, испугом и облегченностью одновременно. Как будто это не он лежал тут сейчас. Нашел время переживать за меня.
Глаза снова обожгло слезами, и я сильнее прижал Шиму к себе, когда его вновь обмякшая рука упала на землю.

Через десять минут наконец-то пришел запыхавшийся Такасуги. Он осмотрелся кругом, с недоверием посмотрел на снова ревущего меня и легко подхватил Хиираги на руки. Отсюда до дома надо идти минут пять, но мне казалось, что прошло не меньше получаса. Щелкнул дверной замок, впуская в ярко освещенную комнату.
— ты пока переоденься, а то вдруг простудишься,— сказал Рю, укладывая Шиму на кровать. Одеяло тут же пропиталось водой и грязью.— я сейчас его осмотрю.
— м-может скорую?— неуверенно предложил я, роясь в шкафу.
— не надо, не в первый раз уже,— Такасуги вел себя спокойно, даже в глазах почти не было никакой тревоги. Это меня немного успокоило.— не волнуйся, все с ним в порядке. Сам как?
— нормально,— ответил я, положив рядом с кроватью чистую одежду для Шимы.
Рю достал аптечку из кухонного шкафа, вернулся к кровати и уверенно раздел Хиираги.
— если ты будешь постоянно хлюпать носом, то я тебя выставлю за дверь,— тихо предупредил Такасуги.
— я в ванную,— поспешно проговорил я, уходя в маленькое помещение.
Стоило только двери закрыться, как я привалился к ней спиной – от всего пережитого за этот день ужасно болела голова. Темнеющим взглядом я уставился в собственное отражение. Мокрые прилипшие к шее и лицу волосы, красные воспаленные глаза, подбитая губа и пару наливающихся синяков. Взгляд скользнул ниже, падая на край ванный
«..она надела на шею петлю, ласково мне улыбнулась, хотя ее глаза уже были мертвыми, и соскользнула с края ванны..»— всплыли в памяти слова.
Я сполз по двери на пол, упираясь локтями в коленки и пряча лицо в ладонях. Как же тяжело Шиме.. как он мог, с такими воспоминаниями, улыбаться мне. Я бы сошел с ума, давно попал в психушку, а он как-то держится.
Надоевшие слезы непрерываемым потоком скатывались вновь. Если бы Шима знал, что я реву от жалости к нему, он бы точно ударил меня.
Подняв голову, я посмотрел в серый потолок. Я знаю, о чем он думает, глядя на ту пустошь за окном и нервно выкуривая сигареты. Я больше никогда не позволю ему чувствовать себя виноватым в смерти его матери. Я останусь рядом, что бы он не говорил и не делал. Я буду вместе с ним, потому, что он раскрылся мне. Нет, не так. Я буду с ним, потому что люблю его.
Попытавшись встать, я почувствовал, как тело неприятно сводит, мир вокруг меня теряет цвета, а я проваливаюсь в темноту.



глава 15.
* бред моего кипевшего от жары мозга :'D *

В себя меня привел громкий стук в дверь и встревоженный голос Такасуги. Я валялся на полу, среди упавших с вешалки полотенец. Голова раскалывалась тупой болью – ударился ею во время приземления.
— Ишикава, ты там как? Открой дверь.
Я приподнялся из последних сил, дотянулся до замка и, толкнув дверь, тупо уставился снизу вверх на обеспокоенное лицо.. Шимы. Он молча стоял рядом, опираясь на Рю.
— а я тут.. заснул вот,— неубедительно пролепетал я.
Такасуги, взглянул на Шиму, и, развернувшись, ушел, не говоря ни слова.
Хиираги же сделал осторожный шаг ко мне и присел рядом, крепко обняв меня. Он был весь в бинтах, и от него пахло мазями, но нам сейчас на это было наплевать. Мы хватались друг за друга, как утопающий за спасательный круг. И единственное, что я твердо знал на тот момент это то, что я никогда не смогу спокойно жить, и стать обычным. Потому что рядом всегда будет Шима, а с ним никогда не будет легко.
Но меня все устраивало.
— я люблю тебя,— пересохшими губами прошептал я, цепляясь негнущимися пальцами за свободную футболку Шимы.
Он молчал. А я почувствовал, как дрожат у меня руки.
— я люблю тебя,— упорно повторил я. Никаких слез, Эйджи.— поэтому я никогда тебя не оставлю. Мне наплевать, если ты будешь против, если ты бросишь меня или полюбишь кого-то. Я никогда не позволю остаться тебе одному.
— Ишикава,— горячее дыхание обожгло мое ухо.— я люблю тебя.. и никогда не позволю тебе уйти. И все равно, если ты сам вдруг этого захочешь, даже если ты разлюбишь меня и решишь оставить одного. Я не позволю нарушить тебе это обещание.
Я с расширившимися глазами слушал этот вкрадчивый голос, заполняющий меня. А сердце не билось так сильно, как обычно. Оно замерло, не торопясь возвращаться к привычному бегу.

Утро началось со стука во входную дверь. Я сонно тер глаза, пытаясь разглядеть время на дисплее телефона. Пол девятого?! Кто вообще так рано?
Шима крепко спал рядом, и я не решился его будить. Чего я, сам дверь не открою?
Прошлепав босыми ногами по полу в коридорчик, я приоткрыл дверь. За ней стоял странный мужчина невысокого роста, с пивным животом и, почему-то, в джинсах и шляпе.
— Ишикава Эйджи?— радостно и нетерпеливо спросил он. Я кивнул.— я Куросава Гай, частный детектив. И я пришел для того, чтобы вернуть вас домой.
Я пару секунд смотрел на улыбающегося мне, светлой улыбкой идиота, детектива. Посмотрел и молча захлопнул дверь.
— кто там?— заспанный голос Шимы прозвучал с другого конца квартиры.
— никто,— ответил я, собираясь вернуться в мягкую и уютную кровать Хиираги.
— ваши родители наняли меня! они за вас беспокоятся!— жалобно заныли с той стороны двери.
Я приостановился и задумался. В том, что этого странного типа наняли мои заботливые мама и папа, я и не сомневался. И даже удивился тому, как быстро он меня нашел. Но возвращаться домой я не собирался. Это после того, как Шима признался мне?! Ага, сейчас. Но и жалобный голосок детектива не мог позволить мне идти и продолжить бездельничать.
— скажите им, что я не вернусь,— холодно ответил я, не открывая двери.
— но.. это мое первое удачное дело за последние полгода! Я не могу так просто упустить его,— продолжала ныть дверь голосом этого Куросавы.
— да кого это волнует,— пожал я плечами.
В коридор вышел Шима, мрачно прислушиваясь к разговору.
— ну пожалуйста,— протянул детектив.— просто вернитесь домой, а потом опять сбегите!
Хиираги подошел ближе, отодвинул меня в сторону и открыл дверь. Мужчина вздрогнул, задирая голову, чтобы посмотреть на него. А Шима выглядел грозно. Подбитая скула, распухшая губа, взъерошенные черные волосы, уставшие сонные глаза, обнаженная грудь, в синяках и ссадинах, и сиротливая простыня на бедрах. И еще я для полной картины – тоже побитый, растрепанный и раздетый со сна. Куросава распахнул глаза, осматривая нашу невеселую парочку.
— чего тебе?— хрипло спросил Шима, одаривая детектива тяжелым взглядом.
Тот снова вздрогнул, что-то пробормотал и.. ушел.
— кто это вообще был?— поинтересовался Хиираги, закрывая дверь и поворачиваясь ко мне.
— детектив Ка.. э, нет.. Кора.. хм..— я силился вспомнить как его зовут, в то время, как Шима подошел ко мне ближе, обхватывая меня руками.— звал меня домой.
— но ты отказался,— продолжил он за меня.
— конечно, ведь я теперь всегда.. буду здесь жить,— мило улыбнулся я.
— ж-жить?— переспросил Хиираги.
— ну а как же! Я же сказал, что никогда тебя не оставлю!— я тоже крепко обнял его.
— бо.. больно,— просипел Шима, вырываясь из моих рук.
Короче, все у нас хорошо!

В дверь снова упорно стучали, но нам было не до этого.
Шима тихо застонал, сжимая простынь в кулак, но я потянул сильнее. Он вздрогнул, обессилено распластавшись на кровати и тяжело дыша. Я сидел рядом, завязывая бантик из бинтов. Чертова перевязка.
Стук не прекратился, а наоборот, только усилился.
— Эй-тян,— кричала мама.— я прощу тебе все, только выйди оттуда.
— Эйджи, ты же не будешь жить там вечно,— громко говорил отец.
А я нежно улыбался Шиме под звук их голосов. Он переводил взгляд с меня на потолок и обратно, прислушиваясь к их словам.
— а вот и буду!— заорал я, так, чтобы они услышали.
Хиираги поморщился от громкого крика, но молча терпел. Снаружи тоже замолчали.
— Эйджи, сынок, мы примем все твои странности, только вернись домой!
— вот еще,— пробурчал я, и снова проорал.— у нас с Хиираги любовь и все такое.
Шима обреченно смотрел вверх, затыкая уши.
— не думаю, что соседям это интересно,— вставил он свое веское слово.
Я поднялся на ноги, прошел к двери и замер, слушая тихие мамины всхлипы.
— со мной все хорошо, мам,— высунулся я, приоткрыв дверь.
Но мое подбитое и счастливое лицо никого не обрадовало. Родители застыли, во все глаза глядя на меня, а детектив торжествующе тыкнул в мою сторону пальцем.
— я же говорил! Они извращенцы!
— чего?— взвыл я, враждебно глядя на этого детектива с незапоминающейся фамилией.
— что случилось, Эйджи?— взволнованно спросила мама, подлетая ко мне.
— в драку ввязался,— гордо ответил я, давая себя пощупать и обнять.
— но ты же обещал с этим завязать,— укорила меня она, все еще не отпуская.
— дорогая, он же мужчина, ему надо драться,— добавил отец.
— а ничего, что он извращенец?— уточнил детектив.
— да в каком он месте извращенец?— въелась на него мать.
— я знаю, они,— толстый короткий палец указал сначала на меня, потом на показавшегося Шиму.— занимаются тут ЭТИМ!
— у тебя проблемы?— обратился Хиираги к детективу, холодно смиряя его взглядом.
— да вы.. да вы ненормальные тут все!— завопил он, хватаясь за голову.
Я и родители с интересом наблюдали за происходящим, особого участия не принимая. Шима надменно возвышался в своей простыне над нервничающим детективом, и уже хотел что-то сказать, как вдруг соседняя дверь распахнулось и оттуда вылетело милое создание лет тринадцати. Мальчик с огромными голубыми глазами и светлыми волосами решительно уставился на нас.
— дедок,— он посмотрел на детектива.— хорош мне малину портить, пусть они тут живут.— и вновь исчез за дверью.
— это кто был?— удивлено спросил отец, хлопая глазами.
— сосед,— с каменным выражением лица ответил Шима, сверля ту самую дверь взглядом.
— я ухожу!— заявил мужик, отворачиваясь.
— вали,— милостиво разрешил Хиираги, подтягивая съехавшую с бедер вещь.
Детектив обиженно издал звук, похожее на хрюканье, и быстро пошел вперед, что-то злобно шепча себе под нос.

— я остаюсь жить здесь,— категорично заявил я, перекрывая своим телом дверной проход.
— сынок, так же нельзя. Ты будешь стеснять его,— недружелюбный взгляд мамы в сторону Шимы.— к тому же здесь и без того маленькая квартирка.
— не уйду,— твердо ответил я.
— а может..— робко начал отец, но его перебили.
— я не оставлю его с этим чудовищем!
Я возмущенно вздохнул, захлопывая дверь прямо перед носами родителей.
— Ма-тян, у нас такой упертый сын,— вздохнула мама.— он растет и становится ужасно самостоятельным.
— может, стоит дать ему попробовать пожить отдельно?— все же предложил отец.
— хорошо. Но вот увидишь, долго он тут не проживет,— уверенно сказала мама.— пока, Эй-тян.
— пока, мам, пап,— ответил я через дверь, услышав отдаляющиеся шаги, и повернулся к своему парню.— ну что, Хиираги, завтра я привезу свои вещи.
Он ничего не сказал, просто прижал меня к себе, целуя.
И кто бы мог подумать, что я буду так счастлив. С одним единственным человеком, странным, отличающимся от остальных, но любимым.
«Счастливый конец? Наверное, да»— думал я, увлекаемый Шимой в комнату.
Наконец-то исчезли все преграды между нами.

@темы: слэш, от в.и.о. же, original